«Остров Сахалин. Часть первая»

22 октября в Чехов-центре прошла долгожданная премьера спектакля «Остров Сахалин. Часть первая». Новая постановка островного театра оказалась эксклюзивной по многим параметрам: это и единственная, пожалуй, в мире, попытка (сразу заметим, удачная) перевести на театральный язык не обрастающие хрестоматийным глянцем знаменитые путевые заметки А.П. Чехова «Остров Сахалин»; это и первый в истории Сахалинского театра спектакль камерной формы; с ним же связано одно из первых удачных выступлений Чехов-центра на международном фестивале. Причем участники и гости фестиваля «Арбатские встречи» познакомились с премьерным спектаклем раньше сахалинцев. Наконец спектакль шведского режиссера Александра Нордштрема «Остров Сахалин. Часть первая» увидели и на родине книги А.П. Чехова «Остров Сахалин». Огромное повествование-отчет о путешествии А.П. Чехова на Сахалин уместилось в 1 час 59 мин. сценического действа. В нем по воле режиссера заняты всего 3 актера и 2 музыканта. В роли А. Чехова – актер Павел Соколов, в многолюдной роли каторжного Сахалина – Роман Татарчук и Елена Бастрыгина. Так, Р. Татарчук играет разнообразных каторжников из путевых заметок Чехова (Никита Трофимов, Егор), губернатора Корфа, Е. Бастрыгина – каторжанок, включая самую знаменитую Соньку Золотую Ручку. Текст собран из прямых цитат: из «Острова Сахалин», писем Чехова родным и друзьям в пути на Сахалин и – «Божественной комедии» Данте. Соответственно, Чехов – Вергилий, движущийся по кругам ада на земле – сахалинским тюрьмам и поселениям. Облик каторги решен лаконично: из декораций – 3 ширмы с абрисом Сахалина, напоминающего, говоря словами Чехова, стерлядь, да пара скамеек. Дорожный сундук путешественника превращается то в путевую кибитку, то в подобие парома, бешенство шторма (или безысходность человеческого бытия) отображает безумный… танец каторжника с печкой. Образ каторжного Сахалина и зрим, и слышен: его создают не только монолог Чехова, но и пароходные гудки, стук колес, звон цепей и колокола, песни и береговые огни. Несколькими штрихами – человеческими историями, выхваченными режиссерской логикой из многонаселенного «Острова Сахалина», создан мир страшный – без света и надежды, порой без имени и прошлого, но завораживающий – ибо всюду жизнь. На «пятачке» сцены разворачиваются и захватывают в плен жестокие житейские драмы, в том числе и смятение чувств самого писателя, искавшего свой способ служения обществу. Избранный режиссером актерский расклад очень точен. Р. Татарчук и Елена Бастрыгина эмоционально и броско представляют пеструю обойму сахалинского населения. А особой удачей режиссерской интуиции следует назвать актера Павла Соколова. Своего Чехова он не играл, но был – ехал, общался с сахалинцами, делил их боль и тоску, сопереживал, как человек и гражданин. А вот сопереживать героям спектакля «Остров Сахалин» смогли всего 60 счастливчиков, попавших на премьерную постановку.