СУХАНОВА Лидия Лаврентьевна

Выпускница Дальневосточного института искусств (1969) Заслуженный работник культуры Сахалинской области В труппе театра с 11.10.1972г.

Репертуар

«Восемь любящих женщин» Габи
«Блэз» Мадам Карлье
«Прекрасное воскресенье для пикника» Доротея
«Чума на оба ваши дома» синьора Капулетти
«Тартюф» госпожа Пернель
«За двумя зайцами» Мерония
«Леди на день» Миссури
«Прибайкальская кадриль» Валя
«Очень простая история» Лошадь
«Аделаида» Виолетта Харитоновна
«Ханума» Ануш
«Сотворившая чудо» тетушка
«Моя жена – лгунья» Мисс Петиктон
«Крыша над головой» Отавиха

Пресса

Чужую жизнь играю, как свою

Наверное, сегодня это уже немодно – хранить верность. Выбор ли это сердца или стечение обстоятельств, но история одного театра со всеми его взлетами-падениями стала твоей биографией. Театр – твоим храмом на 35 (и далее) лет. Таким театром для актрисы Лидии Сухановой стал Сахалинский областной драматический театр имени А.П. Чехова, ныне Чехов-центр. Если еще приплюсовать те последние почти 10 лет, в течение которых Лидия Лаврентьевна преподает в Сахалинском театральном колледже, то стаж служения Мельпомене получится более чем впечатляющий. Лидия Суханова – из тех людей, в чьих руках сходятся нити прошлого, настоящего и будущего сахалинского театра. Мы разговаривали в учительской колледжа. Здесь, кстати, нетрудно узнать об окончании занятия без звонка: за окном взрывается хор жизнерадостных воплей, свидетельствующих о хорошем настроении и хорошем самочувствии – как и должно молодым. Лидия Суханова невозмутима: «Это – нормально. Это студенты отдыхают».

-Лидия Лаврентьевна, театральный колледж – выбор добровольный?
-Конечно, добровольный. Пришла я сюда по необходимости в 1997 году, потому что нужно было учить ребят. Да и сейчас, каждый раз выпуская очередной курс, говорю себе: «Все, в последний раз! Больше набирать не буду!»… И, тем не менее, продолжаю. Потому что как ни много отбирает работа в колледже сил, нервов, души, это процесс взаимообогащающий. Случаются свои большие радости и маленькие победы, не все же проблемы и огорчения. И потом я сама учусь на ошибках учеников – со стороны-то виднее. А еще видно, что Сахалинский театральный колледж, которым со дня основания умело руководит Татьяна Николаевна Николаева, дает ребятам основательную базу, для некоторых – становится трамплином для успешной учебы в театральных академиях России. Возьмите наших выпускников: Настя Имамова – ученица Сергея Женовача, в Москве и Санкт-Петербурге учатся Федор Порутчиков, Григорий Манохин, Алексей Полищук, Саша Прокофьева, Наташа Шаркова… Были у меня студенты, которым можно по-хорошему позавидовать. У меня не было никогда их азарта, открытости, такой сумасшедшей энергии – мы все сделаем, мы все можем! Меня бог наградил курсом, о работе с которым я буду долго вспоминать. Это выпуск 2005 года – Саша Ли, Наташа Шаркова, Роман Татарчук, Костя Вогачев, Влад Плотников, Ира Зайцева, Олеся Панькова… Замечательные ребята, по сей день мы встречаемся с удовольствием – и на сцене, и вне ее.
-Чему вы прежде всего хотите научить своих студентов?
– Если бы я учила их только профессии, было бы легче. Мы ведь исследуем натуру человеческую. По моему убеждению, черствый человек не сможет быть убедительным на сцене. Ведь театр, как увеличительное стекло, как телескоп, беспощадно проявляет человеческую сущность, в том числе и актерскую. Когда мы делаем с первокурсниками этюды, в них высвечиваются не всегда лучшие черты их характера. Умение скрывать свои недостатки обычно приходит с опытом и возрастом, да и то не ко всем. Хотелось бы, помимо профессиональных навыков, по возможности привить им честность, трудолюбие, умение сопереживать, чтобы они выросли хорошими людьми и неплохими актерами.
- А вы сами чья ученица?
-Начинала у Веры Николаевны Сундуковой. Потом училась у Сергея Захаровича Гришко, у Льва Шумилова, актера Приморского драматического театра. А вообще всю жизнь старалась учиться у каждого – смотрела ли спектакли, кинофильмы.
-Чехов-центр ведь не единственный театр в вашей жизни?
-Не единственный, но самый «долгоиграющий» в моей жизни. После окончания института я поехала в Благовещенск, в Амурский драматический театр, год работала на телевидении во Владивостоке, потом в Магаданском музыкально-драматическом (мы его называли «музычно-драматичный»), и в 1972 году приехала сюда – на три года, как многие приезжали. Вообще-то в первый раз в Южно-Сахалинске я была на гастролях, и он мне не понравился – был июнь, серое небо, ни одного солнечного дня, моря рядышком нет. А я привыкла просыпаться под шум волн, особенный, йодистый запах моря – ведь мы во Владивостоке жили вблизи Амурского залива. Но лет пятнадцать назад, возвращаясь с материка, вдруг на подлете к Южно-Сахалинску у меня забилось сердце. И я поняла, что люблю Сахалин. И уже никогда отсюда не уеду, хотя предлагали не раз.
-Вы человек независимый, мне кажется. А актер, напротив, – очень зависимая профессия…
– Наверное, в этом-то и парадокс. Вообще я актриса послушная. Доводилось со многими режиссерами работать, и я училась видеть в каждом хорошее и перенимать его. Правда, М.Владимирова я просто побаивалась. Если Игорь Сергеевич Гуревич предлагал рисунок роли, то в конечном итоге так и было, только надо было освоиться в ней, обжиться. Андрей Юрьевич Бажин дает актеру определенную свободу поискать – я это ощутила и в «Очень простой истории», и в «Аделаиде». «Очень простая история» сразу легла мне на душу, может, материал не слишком правдоподобен, но он позволяет помечтать, разбередить свою душу и души зрителей. Конечно, артист должен уметь самостоятельно импровизировать, но пределы есть. Это как дорожное движение – что бы я ни думал, но существуют дорожные знаки – запрещающие и разрешающие, и их надо соблюдать. Но это в театре. А в жизни я не очень склонна подчиняться. Может быть, потому что всегда зависела только от себя. Дочь растила одна, приходилось часто подрабатывать. Много чего умею руками – сама ремонт делала, линолеум стелила, шила, вязала, пироги пеку вкусные. Боюсь только электричества. Правда, однажды утюг чинила. В конце осталась кучка запчастей, но до сих пор работает…
-Если говорить о профессиональном успехе, насколько он зависит от актера, его собственных усилий и – насколько от других обстоятельств, от любви режиссерской?
– Это Фортуна: либо лицом, либо спиной. В моей биографии было немного главных ролей, больше эпизодических. Хотя, на мой взгляд, в маленьком эпизоде можно придумать столько всего! Ну вот, говорят же, есть актеры для главных ролей, а есть для эпизодов. Как любому человеку, мне нравится, когда меня хвалят, хотя это накладывает такую ответственность, что она разрастается иногда до немыслимых размеров, и это мне просто мешает. Но звездных амбиций у меня нет. Говорят, удача – это оказаться в нужном месте в нужное время. Но актер всегда должен помнить, что театр не прощает предательства. Один раз придешь не в форме, второй раз опоздаешь, в третий раз Фортуна может от тебя отвернуться. И всю жизнь ты будешь считать себя непонятым, невостребованным. В нашей профессии без фанатизма никак, иначе она превратится в ремесло, будешь ходить в театр как на службу.
-Какие роли вы вспоминаете с наибольшим удовольствием?
– Редко, но совпадало: и материал трогает, и режиссер – мастер, и я своей работой довольна, и зрителям нравилось. Таких ролей было немного: в спектаклях «Красавец мужчина» (реж. М.Владимиров), «Изобретательная влюбленная» в постановке Клары Константиновны Кисенковой, «Восемь любящих женщин», «Чума на оба ваши дома» И.Гуревича… Всю жизнь я играла «голубых героинь» – симпатичных, правильных, безликих девушек – и всю жизнь мечтала о характерных ролях. Но начала их примерять только с «Изобретательной влюбленной» (сезон 1991–1992 гг.), когда благодаря Кларе Константиновне надела рыжий парик карикатурной испанской мамаши и окунулась в настоящую феерию. И получила от этого необыкновенное удовольствие. Мне было очень любопытно в «Аделаиде» работать, потому что в таком качестве я себя еще не пробовала (хотя и не в восторге от драматургического материала). Я даже не знала, что у меня хватит «нахальства» для такой роли!
-Не скрою, до сей поры ностальгирую по «Чуме на оба ваши дома», в которой вам выпала роскошная роль синьоры Капулетти. Кстати, многие актеры на просьбу назвать наиболее запомнившегося режиссера отвечали мне: Игорь Гуревич…
– Сколько раз мы ни играли этот спектакль, все время, когда не была на сцене, я смотрела его из-за кулис. А в финале всегда плакала. Удивительная в нем аура, легкое дыхание. Игорь Сергеевич очень тонко уловил, как нам недостает любви в череде суетных дней. Причем не обыденной, а высокой, дотянувшейся до небес, о которой все грезят, ну разве что совсем человек без воображения. Он всегда точно знал, чего хотел от актеров, и увлекал нас собственной энергетикой, безудержным полетом фантазии. Девятый сезон идет его «Прибайкальская кадриль», и я ею очень дорожу. Большим успехом у зрителей пользуется искрящийся юмором «№ 13» – последняя его работа. С ним было безумно интересно, иногда просто безумно страшно, но заскучать на его репетициях было невозможно. При всем своем бурном темпераменте Игорь Сергеевич на меня ни разу голоса не повысил. Просто говорил: «Лидия Лаврентьевна, я не понимаю, что вы делаете». Как только он меня по имени-отчеству называл, это было все – разобьюсь в прах, но выполню задачу. Актер – существо нежное, а профессия наша – жестокая. Мне приходилось с поломанной рукой выходить на сцену, потому что актеру и болеть не положено. Чтобы ни происходило с тобой – неприятности, болезни, бессонная ночь – ты оставляешь их за дверью театра. И из современной суеты погружаешься в придуманную реальность, проживая чужую жизнь, как свою. В этом и состоит «наркотик» театра, и счастье актера.
-35 лет – это немалый период, театр, конечно, менялся. Нынешний Чехов-центр – по-прежнему ваш театр-дом-семья?
– Бывали периоды, когда я дома реже бывала, чем в театре. Сейчас больше сил отнимает колледж, но театр по-прежнему подпитывает мою энергию – репетиции, спектакли. Как ни предрекали упадок интереса к театру в современном мире, а люди стремятся в театр – ради непосредственного живого общения, чего не дает ни кино, ни телевидение. В последние годы поклонников у Чехов-центра стало гораздо больше – мне есть с чем сравнить. Ну а то, что начальник управления культуры области Владимир Гаджиевич Беджисов нежно и преданно любит театр… ну что ж, нам просто очень повезло.
- А сильно ли изменилась Лидия Шипилова?
-Наверное. Ушла та девочка наивная с широко открытыми глазами, «голубая героиня», но о ней я вспоминаю без грусти. Возвращаться в прошлое – абсурд. Это моя жизнь, и если бы можно было заново начать, я бы повторила ее – со всеми ошибками, случайностями, проблемами. Наступала бы на те же грабли.
- Что было бы лучшим подарком вам на день рождения?
-Чтобы собрались вместе все мои родные, выпускники и друзья. Я всегда была оптимисткой. И сейчас верю, что завтра будет лучше, чем вчера, хотя разумом понимаю, что какие-то вещи уже не произойдут. У меня есть дочь, есть театр и ученики. С годами работа только прибавляется, вот это и есть, наверно, счастье – что я нужна, а здоровье позволяет работать. Ирина СИДОРОВА.