«Губернские ведомости»
Сергей Чинаров
И все же я здорово ошибся в своих прогнозах и увидел то, на что даже не рассчитывал. Выяснилось вдруг, что режиссер поднял профессиональную планку на какую-то запредельную высоту.
…для оценки очередной режиссерской работы Андрея Бажина всплывает одно-единственное слово: «безупречная». Все. Точка. Абзац.
…в этот раз предпочел он строжайшее единство стиля, безукоризненную гармонию формы и содержания. Все характеры героев строго выверены и концептуально выстроены до мельчайших подробностей.
Под стать режиссерской, и работа самих актеров в этом спектакле.
Но что делать теперь рецензенту? Скажите, господа. Я попал в очень сложную ситуацию. Ведь что подумает читатель, если я вдруг напишу: «Блестящий и незабываемый образ свиньи создала на сцене актриса сахалинского театра». Верно, решит, что я не очень умно издеваюсь. А я, между прочим, серьезен как никогда.
Сюжет «Очень простой истории» действительно очень прост и вечен как устройство мира. Живут рядом в деревне, а может и в пригороде, а возможно – и микрорайоне коттеджей два соседа с детьми, сыном и дочерью – богатый и бедный. Примечательно, что хотя в тексте упоминается слово «деревня», локальной смысловой нагрузки оно не несет. Замах гораздо шире. Богатей, у которого дочь (артист Андрей Кошелев) – работяга и домостроевец. Все нажил своим горбом, а не, допустим, участием в общественных организациях. Но вот бедняк, у которого сын (народный артист РФ Владимир Абашев) – законченный пропойца и босяк.
Ну а дети, Даша и Леша (артисты Анастасия Федяй и Павел Соколов) – сами по себе. И в итоге беременность. И в итоге папа-хозяин гонит дочку на аборт, а голодранца Лешу – со двора. Банально, не правда ли?
Но драматург находит очень нетрадиционный ход для раскрытия темы. В дело вступают домашние животные: свинья, корова, лошадь, пес, петух. Их никто не слышит кроме злосчастного пьянчужки. А может все эти беседы животных существуют просто у него в мозгу, насквозь пропитанном алкоголем. Так что во втором действии перед зрителями предстает даже ангел, в которого обратилась душа свиньи, заколотой хозяином на продажу. И он (она) тоже беседует с законченным алкашом, как с равным.
Ну и вот теперь, после вышесказанного перечитайте еще раз фразу о том, что блестящий образ свиньи на сцене сахалинского театра создала артистка Любовь Овсянникова. И, надеюсь, поймете, что это сказано абсолютно всерьез. Образ недалекого но доброго и мечтательного существа, весь мирок которого ограничен миской каши, сном после обеда и рассказами свободно бегающего повсюду пса. И при этом яркая и беззаветная любовь к хозяину – ведь каша то его. Да помилуйте, мало ли таких не свиней – человеков в нашем подлунном мире. Даже мороз по коже порой пробегает. А прием с говорящими животными позволяет драматургу, а вслед за ним и режиссеру-постановщику исследовать возникший конфликт на очень глубинных и неожиданных уровнях.
Мимоходом выясняется, что бедняк горько запил лишь после смерти любимой жены. А богача больше всего заело то, что покойница в свое время предпочла соседа ему. И то еще, быть может, что не уберег ее сосед и когда-то друг детства. А ныне – лютый ненавистник -обида ведь не знает беспристрастия. И все вдруг становится на свои места после жутковатой, но оправданной всем ходом событий развязки –пьяница кончает с собой, чтобы не помешать счастью сына, и главное – чтобы аборт не состоялся.. Это проза. А мистическая, сказочная сторона в том, что дух свиньи возвращается к приятелям в хлев как ангел-хранитель. И бесхитростно объясняет: чтобы появилась новая жизнь, должна уйти старая. Чтобы аборт не свершился, кто-то должен умереть. На роль жертвы предлагает себя старая-старая лошадь (артистка Лидия Шипилова, заслуженный работник культуры Сахалинской области). Кстати – уникальнейшая актерская работа – с первых же жестов и звуков вызывающая стойкую зрительскую привязанность и симпатию.
А дальше события разворачиваются так. У пьяницы, которого все животные хором уговаривают выстрелить, уговаривают выстрелить, рука не поднимается на беззащитную ветеранку скотного двора. Впрочем, можно предположить, что все это – всего-навсего его пьяные глюки, которые помогают ему принять вполне трезвое решение.
К слову сказать, ансамбль животных поначалу явно затмевает ансамбль людей. Может потому, что характеры их хоть и неглубокие, но яркие, в силу известной условности. А вот глубина людских переживаний познается не так быстро: шаг за шагом, слой за слоем. И общение животных между собой, когда люди уходят за пределы сцены, как раз и помогает познать глубинную суть людских отношений. Впрочем, поначалу животные немного же развлекают зрителя, как бы настраивают на комедию. Но вот наступает второе действие и смеха как не бывала. Драма потихоньку перерастает в трагедию, а беззащитный в своей расслабленности зритель воспринимает все особенно остро – порой до самых настоящих слез.
Да, чуть не забыл упомянуть хозяйку ( артистка Анна Антонова). Дело в том, что роль ее достаточно своеобразна. Это не второй план. Но это и не ключевой персонаж.. Ее функция – создавать фон. Фон добра, тепла, душевности, без которого богатей остался бы, пожалуй, зверюгой-кулаком, бедняк – никчемной пустельгой,и не было бы вопросов о сущности добра, зла и человечности.
Кого еще я не упомянул? Роли пса (артист Александр Ли) и петуха ( артист Василий Бабаев), пусть не так сложны и психологичны, но исполнены вполне уверено. Два беззаботных существа – один рад бесконечным гуляньям по деревне, другой телепередачами, подсмотренными через окошко хозяйской хаты. И еще корова (артистка Елена Ловягова). Это, конечно, персонаж знаковый. Дело в том, что она ждет теленка. И все разговоры про аборт переосмысливаются через эту коровью беременность.
Хотелось бы отметить еще удачную (увы, не совсем безупречную) работу художника постановщика из Москвы Владимира Колтунова. …костюмы – удались. Людские-то одежки обычны. А вот животные выглядят очень концептуально и при том убедительно.
Вот в сущности и все. Говорить мало, надо видеть. Спектакль этот – бесспорная удача театра такого уровня как, пожалуй, «Чума на оба ваших дома». А может быть и похлеще. Ведь второй спектакль я оцениваю в ретроспективе, на расстоянии. А «Очень простую историю» в первом премьерном показе. Да, о премьере. Обычно спектакль на премьере – как костюм на первой носке. Еще не сел по плечам, еще не обтянулся в талии, еще топорщится в локтях. А эта премьера – удивительно – и премьерой не кажется – словно спектакль всегда жил на сахалинской сцене. Ну а если и не жил еще, то будет жить долго – это одна из тех постановок, что делают историю театра.
Во всяком случае, мне так кажется.
